Очень любя живой театр, в течение многих лет я игнорировала прямые трансляции, предлагаемые ведущими театрами мира – новатором в этой области стал именно нью-йоркский Метрополитен-опера, а еще несколько лет назад в этом списке значился и московский Большой театр. Мое отношение изменилось во время пандемии коронавируса, когда живые выступления были приостановлены и директор театра Питер Гелб организовал запуск программы Nightly Met Opera Streams – бесплатных онлайн-показов архивных спектаклей. Программа продолжалась 16 месяцев и собрала более 20 миллионов просмотров, а я лично пересмотрела уйму фантастических спектаклей и, без преувеличения, спаслась эмоционально.
Каждый раз, бывая в Нью-Йорке, я обязательно посещаю Метрополитен-опера: что бы там ни шло, качество гарантировано. Но в Америку не налетаешься, поэтому в последние годы я стараюсь не пропускать прямые трансляции, которые в 2027 году отметят свое двадцатилетие – ощущению праздника способствует входящий в стоимость билета бокал шампанского (или не шампанского – кому что в радость). В этих трансляциях есть своя прелесть: помимо собственно представления зритель получает возможность заглянуть за кулисы, увидеть, как меняют декорации между картинами, послушать интервью с исполнителями, которые проводит кто-то из их коллег, а иногда и получить представление о новых готовящихся спектаклях – в прошлую субботу за презентацию отвечала Джойс Дидонато. К слову, знаменитая американская певица не только прекрасно представила шедевр Чайковского и Пушкина и своих коллег, но и поделилась с мировой аудиторией серьезными финансовыми проблемами, переживаемыми театром, среди главных спонсоров которого фигурирует швейцарский Rolex, эмоционально призвав меломанов его поддержать. (Увы, это не стало для меня новостью: уже несколько недель назад театр сообщил о своем намерении продать – без права вывоза из здания Метрополитен-оперы! – два панно Марка Шагала, с 1966 года украшающие его фойе. Как грустно!)
Не секрет, что Питер Гелб, уже двадцать лет занимающий пост генерального директора прославленного оперного театра, начинал как ассистент знаменитого американского импресарио Сола Юрока (урожденного Соломона Израильевича Гуркова), а в 1980 году стал менеджером Владимира Горовица. Именно он одним из первых в музыкальном мире занял категорическую позицию по войне в Украине: уже через несколько дней после ее начала оркестр и хор Метрополитен-оперы исполнили государственный гимн Украины перед запланированным спектаклем, а спустя две недели театр организовал благотворительный концерт в поддержку страны, подвергшейся агрессии. Тогда же Гелб, в сотрудничестве с Польской национальной оперой, создал Ukrainian Freedom Orchestra, в который вошли украинские музыканты как из страны, так и из-за её пределов. (Стоит заметить, что оркестр этот возглавила жена Гелба Кери-Линн Уилсон, а в августе 2022 года президент Украины Владимир Зеленский вручил ему орден «За заслуги».) Параллельно он расторг контракт с Анной Нетребко, которой удалось через суд вернуть часть неустоек. При этом «коллективного запрета» российских исполнителей не последовало, театр продолжает сотрудничать с ними и ставить произведения русских композиторов, о чем свидетельствует и нынешняя постановка «Онегина». Не знаю, сожалеет ли господин Гелб о том, что погорячился с Нетребко, но свою позицию он подтвердил в антракте трансляции спектакля, заявив, что, «в то время как в Украине русский язык и культура сегодня невозможны, в Нью-Йорке они не должны становиться заложниками Путина», и напомнив, что в сувенирном магазине театра продаются кухонные магнитики со слоганом «Cancel Putin, not Pushkin».
Презентация «Евгения Онегина» на сайте театра – в превосходных степенях. Роль Пушкина в русской литературе сравнивается с ролью Шекспира в английской, а музыка представлена так: «Лирический дар Пётра Чайковского, любимый во всём мире, в этой опере раскрывается с наибольшей силой и многослойностью. Богатые ансамбли и живые танцевальные номера структурируют произведение, а вокальные соло принадлежат к самым впечатляющим в репертуаре: всякий, кто помнит первые пробуждения любви, будет тронут сценой письма Татьяны, в которой она в порыве прекрасной мелодии сочиняет письмо Онегину. С ней по популярности соперничает проникновенное прощание тенора со своей юностью во втором акте, тогда как монолог Онегина в третьем акте о бессмысленности жизни уже граничит с вагнеровской эстетикой.»
Уверенность в том, что постановка будет красивая, внушило мне участие в ней Хлои Оболенской – 84-летняя художница греческого происхождения носит фамилию мужа, потомка русского княжеского рода, и известна на весь мир своими яркими работами. Созданные ею костюмы для «Аиды» в постановке Франко Дзеффирелли в Ла Скале вошли в легенду. Русский репертуар занимает особое место в ее творчестве: тут и «Вишневый сад» Питера Брука в Лондоне, и «Пиковая дама» со Львом Додиным (в Амстердаме, Париже, а затем и в московском Большом театре) и с ним же – «Чайка» Чехова в Малом театре Санкт-Петербурга и «Бесы» Достоевского в Париже. Нынешний «Евгений Онегин» для Хлои Оболенской – не первый. Именно она «нарядила» героев фильма Марты Файнс 1999 года «Онегин – любовь в Санкт-Петербурге», в котором Рэйф Файнс сыграл титульную роль, а в 2011-м работала над постановкой оперы в Metropolitan Opera с Деборой Уорнер.
Англичанка Дебора Уорнер – режиссер и нынешней постановки. Маститый профессионал и лауреат престижных премий, карьера которой началась в знаменитом Королевском Шекспировском театре, она давно стала авторитетом и в мире оперы. У меня были основания ожидать с ее стороны какого-то особого прочтения «Евгения Онегина», поскольку известно, что, отказываясь придерживаться программного феминизма или какой-либо политической идеологии, она нередко затрагивает в своем творчестве гендерные вопросы – в частности, её новаторское решение пригласить известную ирландскую актрису Фиону Шоу на роль Ричарда II вызвало немало пересудов.
К счастью, Татьяна в исполнении Асмик Григорян – не воинствующая феминистка, а просто порядочная женщина, вначале юная, романтичная и порывистая, а в финале –набравшаяся жизненного опыта и сознательно отстаивающая сделанный выбор. Не нуждающаяся в представлении сопрано, родившаяся в Вильнюсе у родителей-певцов Ирены Милькявичюте и Гегама Григоряна, удивительным образом сочетает внешнюю хрупкость и мощный, экспрессивный голос вкупе с отличными актерскими качествами. Поначалу мне показалось, что она чуть перебарщивает с грустью, словно вот-вот разрыдается, что особенно хорошо видно на большом экране, но последний акт убедил меня в том, что знаковая роль досконально понята и прочувствована певицей, впервые спевшей Татьяну еще в 2012 году, в ее родном Вильнюсе. Приведу слова из ее интервью: «Мне нравится, как он [Чайковский] показывает внутренний путь Татьяны – от юной, неопытной девушки, влюбляющейся совершенно не в того человека, к женщине, которая знает, чего хочет, и сама принимает решения. И сейчас, в свои 44 года, я чувствую, что в моем голосе всё ещё достаточно лирических красок для юной музыки и сцены письма, которая является настоящим шедевром. Но у меня также есть сила спеть финальную сцену, гораздо более драматичную. Это действительно одна из моих любимых опер Петра Чайковского. В каждой сцене я думаю: «Боже мой, сколько лет прошло со дня премьеры этой оперы, и всё же ничего не изменилось? Люди по-прежнему говорят друг другу те же самые слова».
Не могу не сделать комплимент Хлое Оболенской. То, что перед нами одна и та же героиня, подчеркивает даже цвет ее нарядов: легкое, светлое девичье платье с малиновым рисунком перекликается с сочным малиновым туалетом на петербургском балу (правда, без хрестоматийного берета). А в сцене финального объяснения с Онегиным внимательный зритель сразу узнает «Незнакомку» Ивана Крамского – эталон элегантности в холодных синих тонах.
Баритона Юрия Самойлова (Онегин) я услышала впервые. Юрий вырос в Южном, небольшом портовом городе Украины. В 2011 году он с отличием окончил Национальную музыкальную академию в Киеве, до недавнего времени носившую имя Чайковского. Параллельно с учебой проходил аспирантскую подготовку в Dutch National Opera Academy и стал участником Opera Studio Nederland в Амстердаме. Его европейский оперный дебют состоялся в 2010 году: он исполнил партию Плутона в L’Orfeo Монтеверди в постановке Пьера Оди в Stadsschouwburg Amsterdam. Затем последовала роль в «Сказании о невидимом граде Китеже» Римского-Корсакова в постановке Дмитрия Чернякова в Dutch National Opera, а в 2022-м состоялся дебют в Метрополитен-Опере, в «Богеме».
Нынешний Онегин для него – десятый, но в прямой трансляции из Нью-Йорка Юрий Самойлов участвовал впервые. Поначалу он меня смутил: какая-то невнятная, вразвалку походка, натянутые улыбки… Но потом все встало на свои места, а в интервью в антракте певец объяснил, что не любит он персонаж Онегина, не близок тот ему своей эмоциональной неразвитостью, за что и несет справедливое наказание. Все это Юрий Самойлов говорил, держа в руке надкусанное яблоко, с которым вышел за кулисы после сцены объяснения с Татьяной по поводу ее письма, во время которой он крутил его в руке – а я-то думала, что яблоко бутафорское и призвано намекать на «запретный плод»!
Совершенно очаровали меня две оперные «бабушки»: меццо-сопрано Елена Заремба в роли Лариной и Лариса Дьядкова в роли Няни Филиппьевны – как же они обе хороши и артистичны! И молоды! Забавно, что в интервью в антракте почтенные дамы, точно как их героини в первом акте, вспоминали свою молодость: Лариса Дьядкова, уже более ста раз выходившая на сцену прославленного театра в двенадцати ролях, рассказывала о первой для нее нью-йоркской постановке – «Андре Шенье» с Джеймсом Ливайном, Лучиано Паваротти и Хуаном Понсом в 1996 году, а Елена Заремба вспоминала свой дебют в Метрополитен-опере в партии Азучены в «Трубадуре» 27 лет назад – без единой сценической репетиции!
Время идет, амплуа исполнителей меняются. В 2007 году Елена Заремба пела в Метрополитене-опере Ольгу – то была одна из первых прямых международных трансляций, а сегодня в этой партии на сцену выходит другая российская певица – Мария Баракова. Уроженка Кемерово, она получила профессиональное образование в Новосибирском музыкальном колледже им. А. Ф. Мурова и Российской академии музыки им. Гнесиных в Москве. Победительница Международного конкурса имени П. И. Чайковского и лауреат Российской оперной премии Casta Diva в номинации «Взлет» за 2023 год, она дебютировала в Мет в 2022 году в партии Сонетки в «Леди Макбет Мценского уезда» Дмитрия Шостаковича. Статная и красивая – ее прекрасная фигура выгодно подчеркивается костюмами Хлои Оболенской, – с отличным голосом и артистичная, она легка и очаровательна, какой и должна быть Ольга!
Второй раз за последние несколько месяцев довелось мне услышать в партии Гремина выпускника Одесской консерватории Александра Цымбалюка. О том, как любят его в Нью-Йорке, где он дебютировал в партии Феррандо еще в 2010 году, и о том, какое впечатление произвела на публику знаменитая ария «Любви все возрасты покорны», свидетельствует тот факт, что допеть ее до конца ему не дали: финальное низкое «и сча-астье» прозвучало лишь после незапланированной паузы, вынужденной шквалом аплодисментов!
Мои постоянные читатели, вероятно, обратят внимание, что Ленского я оставила на конец, хотя обычно именно исполнитель этой партии интересует меня больше всех. Для французского тенора Станисласа де Барбейрака, родившегося в близком к Женеве Анси и дебютировавшего в Метрополитен-опере как Дон Оттавио в «Дон Жуане» в 2019 году, этот Ленский был первым. Представляю, как непросто ему было – единственному нерусскоязычному среди всех исполнителей ведущих партий! Конечно, мне резали слух вечно смягчаемые иностранными исполнителями твердые русские согласные и превращающиеся «у» в «ю», что приводит к «цельий дьень прошьёл в разлюке». Но спишем это на непреодолимые трудности русского языка. Другое дело, что и в целом сравнение с украинским тенором Богданом Волковым в парижской постановке было явно в пользу последнего. Станислас де Барбейрак очень старался, показался мне недостаточно лирическим для этой партии, хотя постепенно он распелся, так что аплодисменты после арии «Куда, куда…» были заслуженными. Ну, а что касается внешнего облика, то тут вопросы к режиссеру. Как и то, почему дважды в сцене на балу у Лариных Ленский швыряет Ольгу на пол – разве ведет себя так поэт и просто воспитанный молодой человек, даже в расстроенных чувствах?
И еще два постановочных огреха отметил мой придирчивый взгляд. Первый: прочитав Татьяне лекцию о необходимости уметь властвовать собою и отвергнув ее любовь, Онегин целует ее в губы. Нет уж, если любишь «любовью брата», то и поцелуя в щечку достаточно! Впрочем, это обыгрывается в финале, когда Татьяна награждает его таким же властным прощальным поцелуем. Второй: Онегин на балу у Греминых с бутылкой, сам себе подливающий шампанское – на светских раутах Санкт-Петербурга самообслуживание не практиковалось. Но три мелочи за спектакль – сущая ерунда, тем более что большинство, я уверена, их и не заметило.
А что же оркестр? Он, как всегда, был на высоте. Музыкального руководителя постановки, 32-летнего российского дирижера Тимура Зангиева, я увидела за пультом впервые, а для него самого это был дебют в Метрополитен-опере, хотя «Онегиным» он дирижировал уже не раз, в частности, в январе 2023-го в Баварской государственной опере. На мой скромный взгляд, выпускник Московской консерватории по классу Геннадия Рождественского, летом 2022 года занявший пост главного приглашенного дирижера Михайловского театра Санкт-Петербурга, справился со сложной задачей на отлично!
Четыре часа пролетели незаметно. Спасибо всем участникам постановки, без всяких «улучшений» донесших до зрителей глубину текста Пушкина и красоту музыки Чайковского. Это – счастье!
