«Грузинский Моцарт» выступит в Женеве

Невозможно не улыбнуться, увидев эту очаровательную физиономию! Грузинский пианист Цотне Зедгинидзе, которому в этом году исполнится семнадцать, – само очарование. Это внешне. А внутренне – вундеркинд. Ну или «просто» невероятно талантливый человек, что, пожалуй, лучше, надежнее, тем более что знающие его люди говорят, что он совсем не «не от мира сего». А то, что талантливый, так это сам бог велел, ведь какие у мальчика гены! Он – потомок одного из основоположников грузинской хоровой музыки Нико Сулханившили, учившегося в том самом Тифлисском духовном училище, где чуть позже учился Сталин, и пианистки и педагога Анастасии Абдушелившвили-Вирсаладзе, закончившей аспирантуру Московской консерватории по классу Якова Зака и передавшей профессию не только своей внучке, Элисо Вирсаладзе, но также, среди прочих, Льву Власенко и Дмитрию Башкирову. Понятно, что дорога ему была одна – в музыку.

 Увы, жизнь Цотне Зедгинидзе началась с трагедии – в раннем детстве он потерял маму, отчего, вероятно, раньше времени развился его тонкий внутренний мир. Первым педагогом «грузинского Моцарта», как называют Цотне на родине, стала его бабушка – профессор Тбилисской консерватории Нино Мамрадзе. Под ее любящим руководством уже в шесть лет он, как говорится во всех опубликованных биографиях, «играл сонаты Клементи, Скарлатти, Моцарта, Бетховена, инвенции Баха, пьесы Шуберта, Шумана, Мендельсона, Листа, Грига, Прокофьева». Одновременно он заинтересовался оперой и стал сам сочинять музыку – например, «Парафразы на темы «Кольца Нибелунга» Вагнера». Свой первый публичный концерт Цотне дал в Тбилиси в июне 2019 года, исполнив сочинения Берга, Баха, Шостаковича, Яначека, а также свои собственные. За этим последовали другие выступления, в том числе и в Швейцарии, где летом 2022 года он произвел фурор на фестивале в Вербье.

 Но до лета были зима и весна, и если поискать информацию о Цотне Зедгинидзе в интернете, то обнаружится буклет фестиваля, посвященного 150-летию Александра Скрябина и проходившего в Москве с 6 января по 1 марта 2022 года. В буклете – фотографии и биографии музыкантов из разных стран, пути многих из них с тех пор разошлись. Одни, как Валерий Гергиев и Борис Березовский, остались в России, другие, как Михаил Воскресенский и Екатерина Бонюшкина, уехали, третьи, как Люка Дебарг, уже несколько лет там не выступают.

 Разумеется, участвовавший в фестивале Цотне тогда был еще ребенком, да и сейчас вряд ли он совсем самостоятельно принимает решения о том, где выступать. Но вот как развиваются события вокруг некоторых поддержавших его в начале пути музыкантов. Выдающийся пианист Григорий Соколов, после концерта мальчика в Германии сказавший, что «композиции Цотне принадлежат к монументальному миру Баха и Брамса» и уже несколько десятилетий живущий за пределами России, оказался в списке «кавалькады русских артистов, неоднократно поддерживавших российскую военную машину», составленном послом Украины во Франции. Не менее выдающийся бас Паата Бурчуладзе, основатель благотворительного фонда «Иавнана», при поддержке которого Цотне дал сольный концерт в Большом зале Тбилисской государственной консерватории в 2019 году, сидит в тюрьме их общего родного города якобы за попытку государственного переворота. Дирижер Лахав Шани, в сезоне 2022-2023 годов пригласивший Цотне участвовать в репетициях Симфонии № 2 Малера в Роттердаме, в последнее время не раз подвергался обструкции в Европе только за то, что он израильтянин или просто еврей. Как разобраться во всем этом совсем юному человеку, пусть и невероятно одаренному? А может, и не надо ему пока разбираться, а надо заниматься своим делом – исполнять и сочинять музыку?

 Предстоящий концерт в Женеве станет первым выступлением Цотне Зедгинидзе в моем приемном городе. В его программу включены три знаковых произведения фортепианного репертуара, связанных одной цепью, если можно так выразиться, – цепью романтизма: Соната № 28 Бетховена, «Танцы давидсбюндлеров» (Davidsbündlertänze) Шумана и Соната № 3 Брамса. Человек, имеющий хотя бы поверхностное представление об истории развития музыки, уловит логическую выстроенность этой программы, которая «пляшет от Бетховена». Соната № 28, написанная в 1816 году, то есть в поздний период его творчества, воспринималась композиторами-романтиками, как интимный музыкальный дневник, а не публичное высказывание, насколько нагляден в ней отход от демонстративной виртуозности: недаром Шуман писал о позднем Бетховене, как о музыке, требующей «вслушивания», а не внешнего блеска. Такой подход, да еще более радикальный, чувствуется и в его собственных «Танцах давидсбюндлеров», сочиненных 21 год спустя, в 1837-м. Это не танцы в привычном понимании, а, если хотите, танцы души, череда психологических состояний, внутренних монологов, намеков вместо утверждений, отказ от цельной формы в пользу цепочки фрагментов, как отражения романтической раздробленности. А еще через 16 лет напишет свою Сонату № 3 Брамс, провозглашенный Шуманом «избранным», то есть наследником Бетховена в музыке. Ни один музыкант не любит сравнений себя с кем-то еще, даже если этот кто-то – сам Бетховен, так что «лавровый венец» Брамс принял в смятении, но все же принял. В Сонате же своей он решил пойти вроде бы против заданного Бетховеном течения, выбрав монументальную пятичастную форму и героический размах, но как не услышать в этой музыке и бетховенскую идею судьбы, и нервную поэтику Шумана, и попытку придать фрагментированнму романтическому сознанию определенную форму?

 Подозреваю, что кто-то скептически улыбнется, а кто-то и возмутиться дерзостью, увидев в этой программе, между Шуманом и Брамсом, «Сюиту» самого Цотне Зедгинидзе. Но интуиция подсказывает мне, что и те, и другие изменят мнение, если придут на концерт, в преддверии которого я предлагаю вам послушать записанное в 2020 году сочинение «Колокола», которое одиннадцатилетний (тогда) автор посвятил памяти своей мамы. Приходите на концерт и получите собственное впечатление об этом безусловно талантливом человеке, на наших глазах превращающегося из мальчика в мужа. Оставшиеся билеты проще всего заказать здесь.